Category: транспорт

Category was added automatically. Read all entries about "транспорт".

ja

Было бы неплохо

оказаться на остановке и ждать автобуса в компании незнакомых людей, и какая-то женщина чтобы (неодобрительно?) посматривала как я набираю текст, а пальцы касались экранного стекла, и стекло было бы изумительно гладким и приятным на ощупь, чтобы уличная собака на бегу понюхала мои пальцы, и тут же бросилась за воспарившим в восходящем воздушном потоке целлофановым пакетом, и чтобы пакет парил, а она за ним гналась, чтобы - гудки, и гомон, и восточная музыка из окон проезжающих мимо автомобилей, чтобы автобус пришёл, и двери - открылись, неплохо было бы купить билет, продолжая набирать этот текст (что потребует наличия нетривиальных навыков контроля мелкой моторики), пусть меня легонько толкнут в проходе (кто? - да какая разница?), пусть механический диктор объявит следующую остановку, и ещё - мысль о том, что текст набирается коряво, но бог с ним... мне понадобятся наушники и триосоната Баха в исполнении Лоренцо Гиельми, и - обязательно - сидеть у окна, чтобы видеть: деревья, собак, машины, Тель-Авив, воздух, людей, велосипеды, самолеты в небе, убегающую асфальтовую полоску... - вы уж простите мне неуёмную жадность, я знаю, что прошу много, слишком много, но без всего этого - увы - никак.
ja

~

Е. спрашивает водителя: куда идёт автобус?

Водитель отвечает, что - занят, что у него и так непростая – в этих безумных дорожно-транспортных условиях – работа, что каждый микроавтобус норовит подрезать его на каждом чёртовом перекрёстке, а в случае аварии его обдерут как липку в автобусном управлении, а то и отберут эти чёртовы права, и, наконец, - говорит водитель, - справок он не даёт. Ни-ни-ни! Ни за какие деньги. Никому. И уж точно – не очкастому мозгляку с жутким акцентом и смешной причёской. Кстати, откуда ты, мозгляк с жутким акцентом?

Е. отвечает, что он - из России, что там, в России, мазу держит небезызвестная русская мафия, но далеко не все знают, что важнее всего для русского мафиози - не деньги, не престиж, и даже не свобода. Знаешь, что важнее всего для русского мафиози?

Что? – интересуется водитель.

Уважение, - отвечает ему Е. и медленно опускает руку в задний карман брюк.

Автобус едет на станцию Кармель, - говорит водитель. - Рынок Кармель - конечная остановка.

Я так и думал, - улыбается Е., доставая кошелёк, - два билета, пожалуйста.
ja

Е. в еврейский Судный День (йом киппур) - о всемирном заговоре и правилах дорожного движения

Представь себе, Дейч: девять вечера. Маленький приморский городок. На улицах – никого: ни людей, ни машин.

Если бы не светофоры, стояла бы АПОКАЛИПТИЧЕСКАЯ тишина - как в фильмах про ядерную зиму и зомби. Светофоры в Израиле стрекочут как металлические кузнечики - это для слепых, чтобы слепые знали – стоять или идти.

И вот: один-единственный человек стоит как вкопанный на перекрёстке.

Машин нет, прохожих нет.

Полиции – нет.

На светофоре – красный.

Пешеход (кто это, Дейч?) дорогу не переходит, ждёт зелёного.

Зелёный не загорается.

И – никого вокруг, ни единой души.

Никакого риска для жизни и здоровья, для кошелька (не оштрафуют), для социального реноме (не осудят).

Красный светит и светит - ровно, бессмысленно; наш воображаемый друг - стоит, ждёт.

А теперь внимание: попробуй представить себе лицо этого пешехода. Этого законопослушного статиста. Этого святого ревнителя правил дорожного движения…

Представил?

Расскажи: кто он, этот исключительный человек?

Мужчина или женщина?

Молодой (молодая) или старый (старая)?

О чём думает?

Откуда идёт и куда?



…а теперь самое главное: человек ли это?

Быть может он всего лишь притворяется человеком, как в фильмах про вторжение похитителей тел?

Можешь представить на месте нашего статиста кого-нибудь из знакомых? Родных? Друзей?

Да? Нет?



…я сделал открытие, Дейч, и готов поделиться со всем миром: правила дорожного движения – не для людей.

Вот он, заговор против человечества, никем до сих пор не осмысленный, не распознанный, не раскрытый.

Я один знаю что происходит… хотя нет, теперь и ты тоже знаешь…



…можешь не сомневаться, наш разговор уже записан дистанционно, проанализирован, текст с пометкой «Совершенно секретно» движется по инстанциям… за нами уже выехали…

Единственный путь к спасению – немедленно, прямо теперь, не откладывая, обнародовать эту информацию. Фейсбук, Инстаграм, Телефон, Телеграф, Твиттер… что там ещё, Дейч?..

Пусть знают.

Если нас, знающих, будет много, ОНИ не посмеют…

А если и посмеют, мы уже налили и уже почти выпили… если прямо сейчас распахнётся дверь, и ОНИ войдут, успеем опрокинуть рюмашку, и – стало быть – жизнь прожита не зря.

За правила дорожного движения, Дейч! Лехаим!

Пусть эти правила окажутся сборником заклинаний или рецептом вечной молодости, хорошо законспирированным планом всемирного заговора или учебником концептуальной поэзии, пусть они хоть на миг перестанут быть тем, чем на самом деле являются... а иначе - какая тоска, дорогой друг мой! Какая унылая дребедень и бессмыслица!..

ja

Вина. Беспамятство (6)

6. Наама

Каждое утро я хожу пешком на железнодорожную станцию, сажусь на поезд и еду на работу в Явне. Ехать недалеко – двадцать минут. Идти тоже недалеко – четырнадцать-семнадцать минут. Я могу добраться до железнодорожной станции на автобусе, но мне жаль упускать утреннюю прогулку. Поэтому автобус ловлю только в том случае, когда поздно выхожу из дому, и пешком уже не успеть.

По утрам тель-авивский воздух чист, низкое солнце греет, но не парит. Идти легко.

Поезд отходит в 07.42. Я прибываю на станцию в 07.38, позволяю охранникам на входе проверить рюкзачок на наличие взрывчатых веществ, две-три минуты сижу на металлической скамейке, разглядывая пассажиров. Вхожу в последний вагон, поскольку по утрам он пуст, надеваю наушники с системой шумоподавления, и медитирую.

Так – каждое утро, с воскресенья по четверг включительно.

Если можно было бы весь день проводить в таком же «пустом» режиме, когда мгновения идеально прилегают друг к другу и событийный ряд выстраивается сам собою, без малейшего напряжения, к вечеру я был бы как резвый мультипликационный зайчик – полон сил и энергии.

Иногда так и случается.

Но иногда нужно хорошо постараться, чтобы к вечеру сохранить здравый рассудок.

В дни утреннего цейтнота, когда приходится ехать на автобусе, среди пассажиров всегда вижу эту женщину. Её зовут Наама. Она едет тем же автобусом, что и я, а после - тем же поездом. Мы не знакомы формально, но я хорошо её знаю.

Наама – Человек, Который Опаздывает.

07.30 Полупустой автобус. Ехать – пять минут (три остановки). Сажусь поближе к выходу. Наама переминается у дверей.

07.35 Автобус останавливается. Она выходит первой и бежит по направлению к станции. На лице – смесь ужаса и отчаяния.

07.37-07.38 Она никогда не проходит контроль с первого раза. Сумочка цепляется ремешком за уголок над входным отверстием, и конвейер устройства для просмотра ручной клади останавливается. Наама возвращается, изрыгая проклятия, освобождает ремешок и в сердцах швыряет сумочку на конвейер. Довольно часто она так спешит пройти контроль, что не может дождаться окончания процедуры сканирования предыдущего человека, и влетает вместе с ним в сканер. Её возвращают назад, и в такие минуты мне кажется: от сердечного приступа Нааму отделяет настолько тонкая грань, что я невольно поднимаю и вытягиваю вперёд руки, чтобы подхватить её в воздухе.

07.38 Следующее препятствие – компостеры. Тут срабатывает «правило бутерброда»: она умудряется вставить билет «неправильной» стороной, автомат выплёвывает его, и вместо того, чтобы перевернуть билет и вставить его ещё раз, она с маниакальным упорством пытается протолкнуть его снова и снова. На этой стадии я, как правило, предлагаю ей помощь. Помощь принимается с благодарностью.

07.38-07.39 Эскалатор. Финишная прямая. Наама бежит по ступенькам, что, учитывая немалый её вес, приводит к тому, что

07.40 в поезд она влетает в состоянии близком к помешательству. Наама тяжело дышит, она вспотела. Глаза бегают, дыхание прерывистое.

07.42-08.02 Всю дорогу она спит. Сон её труден.

***

Сходные обстоятельства

Разные люди.

Но что именно различается в нас настолько, что для меня короткое утреннее путешествие оборачивается чистым наслаждением, а для неё - сошествием в Ад?

***

Однажды я спросил зачем так спешить, если НА САМОМ ДЕЛЕ она никуда не опаздывает.

Наама посмотрела на меня как на идиота:

- Кабы не опаздывала, не спешила бы!

7. Как хаотичный эмоциональный фон искажает картину реальности

Продолжение... мда... ну-ну...
ja

В автобусе (утреннее)

- Сядь, я сказала.

- ...

- Кому сказала, сядь.

- ...

- Я кому сказала. Блядь, я кому сказала, сядь! Сядь!

- А я не сяду.

- Ты упадёшь. Сядь, иначе я сама тебя...

- Ты не сама меня.

- Сядь, я тебя прошу!

- А я не сяду.

- Блядь, ну за что мне такое наказание?

- Я - не наказание. Папа сказал, что я - солнышко.

- Сядь, солнышко.

- Скажи "пожалуйста".

- Сядь, солнышко. Пожалуйста!

- А солнышки не садятся.
ja

Une Vie D'Amour

Оригинал взят у ototo в Une Vie D'Amour


Если бы мне пришло в голову писать подлинную историю Тель-Авива, я бы начал с 1949-го года, когда на улицах появились первые маршрутные такси. По приезду в Израиль я довольно быстро сообразил, что тель-авивская маршрутка - не просто "средство передвижения", а своего рода клуб или неформальное объединение горожан с переменным составом. В маршрутках решаются судьбы этого государства. В маршрутках люди знакомятся, женятся, ссорятся. В маршрутках я выучил разговорный иврит. Если бы мне пришло в голову затеять революцию в Тель-Авиве, я бы началне с почты и банков, а с тель-авивских маршруток. Существует легенда о десяти праведниках, которые ездят по городу в одной из маршруток и непрерывно молятся о жителях Тель-Авива. Если бы не их молитвы, Тель-Авив давным-давно поглотило бы Средиземное море.

Collapse )
ja

снилась

война туч с облаками. Туч было больше, но облака были энергичнее. Тучи сновали, облака - клубились. Тучи вскипали и перемещались стремительно, но быстро выдыхались. Облака, казалось, всё время отступали, но вскоре стало ясно, что это мнимое отступление: отступая, облака поглощали тучи, впитывали их, растворяли в себе. После, когда туч не осталось, облака долго успокаивались, как бы расслабляясь, растекаясь в пространстве, потом постепенно рассеялись, разошлись в стороны - как театральный занавес, и за облаками обнаружилось чистое бесцветное пространство, в нём висели буквы - одни ближе, другие - дальше. Одни выше, другие ниже. Я пытался прочесть или хотя бы распознать язык, но ничего не выходило. Буквы не складывались в слова, слоги сочетались произвольно, было ясно, что эта колоссальная система - исполнена смысла, но вспышки понимания, осознания, сменялись состояниями полнейшей беспомощности, утраты памяти. В какой-то момент стало ясно, что читать можно, начиная с любого места, любой буквы, в любом направлении. Сочетание двух соседних букв при любых обстоятельствах было верно и функционально, мне казалось, что я, наконец, нащупал нить, направление, но пять или шесть витков спустя всё терял и начинал заново. В какой-то момент я решил перевести дух и тут же обнаружил, что буквы не стоят на месте. Они двигались, движение было центростремительным. Буквы сближались - сперва медленно, затем всё быстрее и быстрее. Движение сопровождалось гулом, похожим на звук приближающегося поезда метро. Наконец, они полетели навстречу друг другу с такой скоростью, что стали почти неразличимы. Перед тем, как они столкнулись, мне показалось, что я, наконец, прочёл всё целиком и узнал слово. Но проснувшись, припомнил лишь сам миг понимания, узнавания.
ja

снился

длинный назидательный сон о дружбе народов.

Меня куда-то везут в маленьком ржавом автобусе. Остальные пассажиры - голодные на вид, полуоборванные. Вокруг - разруха и запустение. Антураж документальных фильмов из жизни обитателей трущоб. Стаи диких собак бегут вслед за нашим автобусом. Голые дети греются у костерков прямо посреди улицы.

Наконец, приехали: просторная круглая площадь, по периметру - каменные скамьи. Садимся, ждём. Спутники мои - не из разговорчивых, короткие реплики, которыми они обмениваются, приводят меня к пониманию, что здесь ожидают начала какого-то религиозного ритуала. На площади понемногу становится людно. Озираюсь, пытаюсь как-то освоить обстановку и вдруг понимаю, что кроме меня самого здесь нет ни одного белого человека. Не могу в точности определить какому роду-племени принадлежат оружающие, ясно одно: они отличаются от меня. Чувствую себя чужаком, лишним.

Один из них подходит ко мне и довольно бесцеремонно хватает за рукав: ты что тут забыл?

То же, что и все, - отвечаю, сам не зная ответа на поставленный вопрос.

Тебя здесь не ждали! - гневно перебивает меня собеседник, и окружающие согласно кивают. Поднимается шум, и, не успев глазом моргнуть, я оказываюсь среди недоброжелателей.

Сверкают глаза, сжимаются кулаки.

Внизапно все умолкают, обстановка разряжается: в центре внимания оказывается распорядитель церемонии. К моему удивлению он - белый.

Поди-ка сюда, - говорит он мне.

Я повинуюсь и распорядитель обнимает меня за плечи, как бы демонстрируя, показывая собравшимся.

Вот ваш брат. - говорит распорядитель.

И все повторяют за ним: вот наш брат.

Вот твои братья, - говорит он мне.

Толпа замирает в ожидании.

Вот твои братья, - повторяет распорядитель церемонии.

Я молчу.

Вот твои братья, - в третий раз повторяет распорядитель церемонии.

Люди подаются вперёд, задние ряды потихоньку сминают передние. К своему изумлению я вдруг понимаю, что распорядитель говорит правду.

Вот мои братья, - говорю я, изумляясь тому, как легко даются мне эти слова.
ja

этим утром

повстречал на автобусной остановке доброго дедушку: он встал для того, чтобы уступить мне место. Я очень удивился и попытался объяснить, что не сижу на остановках, что не устал, что - постою, но он жестами показал мне, чтобы я не беспокоился, и я из вежливости уселся на жёсткий пластиковый блин, чувствуя себя последним идиотом. Сел и задремал. Очнулся оттого, что дедушка потрепал меня за плечо - автобус показался на горизонте, и дедушка был обеспокоен: смотри не проспи! Как только автобус притормозил, он пропустил меня вперёд и жестами показал, что не поднимется по ступенькам пока не поднимусь я. Всю дорогу добрый дедушка оборачивался в мою сторону с переднего сиденья, а когда я поднялся с места, чтобы выйти на своей остановке, помахал на прощанье рукой.
ja

А вот, по наводке lschwab:

Игорь Жуков

ЭДГАРА ПО НАЧИТАЛИСЬ ВОРОНЫ
Ложь есть истина лжи.
Годар


1
от Египта остались пирамиды
от Москвы останется метро

2
пока футуристы не взорвали Венецию
надо ее непременно посетить

3
чем некрасивее люди
тем охотнее они целуются на людях

4
по вагону шел нищий с обычной программой
я старался на него не смотреть
и не слышать его голос
а все же посмотрел –
вылитый Параджанов! и улыбается
пришлось подать

5
с тех пор как до тебя перестали доходить
мои руки
до меня перестали доходить
твои письма

6
прочна ли моя эстетическая крепость?

7
для обновления крови
предпочтительней жить в грязи

8
эволюция происходит
от муравья без тени
до человека с чужой тенью

9
- я сегодня такая добрая –
боюсь глупостей наделать!

10
мы пойдем в кинотеатр
мы будем слушать блокбастер -
это все равно что смотреть на человека
говорящего тебе в лицо
с расстояния 5 сантиметров

11
ты родилась орудием убийства
и естественно сопротивляешься когда
из тебя пытаются сделать орудие жизни

12
собака стоит у входа на выставку кошек
ждет когда ей купят билет

13
памятники едут по рельсам
как вертикальные трамваи

14
чтобы сохранить благородство
нужно иметь скотское здоровье

15
я слышал как пьет денежное дерево
а напишет как оно пьет Сен-Сеньков

16
легче мечтать
сразу о двух недоступных в данный момент женщинах
чем об одной
лучше о трех

17
сыграем в балаксу?

18
вокруг кружили злые осы
когда любовь звалась психозом
мужчина – двухголовый змей
все время следовал за ней

19
у всех ли кто произносит слово БЮ
лицо становится глупым?

И ещё - в пятом выпуске альманаха "Абзац" >>>